Жанна Тигрицкая (junetiger) wrote,
Жанна Тигрицкая
junetiger

Супершкола. Театральный кружок.

Отрывок из романа "История моих ошибок" Глава 10.

Театральный кружок у нас вела настоящая актриса из драматического театра, которая, видимо, была уже не очень загружена из-за довольно солидного возраста, значительно превысившего пенсионный. Однако, она была полна сил, боевого задора, накопленного за долгую и успешную карьеру профессионального опыта, и желания передать свои знания и умения молодежи. Валентина Михайловна стала не только нашим режиссером, успешно осуществившим целый ряд нашумевших в городе постановок на незнакомом для нее языке, но и моей наперсницей, которой я доверяла свои самые сокровенные тайны, связанные с моей первой любовью, которую мне подарила судьба, естественно, в нашей школе. Каждый день она проводила с нами по несколько часов после уроков, не только разучивая роли и мизансцены, но обсуждала возникшие у нас вопросы, относящиеся к разным сторонам жизни, рассказывала о театре, его роли в обществе, об интересных постановках, о талантливых актерах и режиссерах, о великих драматургах, таких как Шекспир или Шоу. Я так много получила от нее в смысле художественного образования, так расширился мой кругозор, так обогатился мой внутренний мир, что мне даже страшно представить, какой бы я была, если бы в моей жизни не встретился такой творческий, щедрый, благородный и мудрый человек.
Первая постановка, срежиссированная Валентиной Михайловной, конечно, при активном участии Джеймса, была «Миссис Мак-Вильямс и молния» по одноименному рассказу Марка Твена. В нем высмеивалась человеческая глупость и предрассудки. Я играла роль главной героини, сумасшедшей тетки, верящей в приметы и доводящей своего послушного мужа истерическими указаниями до умопомрачения. Роль мне сразу же удалась, я так натурально билась в истерике, так органично передавала состояние женщины, которая вот-вот грохнется в обморок от страха, что публика, почувствовав мою искренность, пришла в дикий восторг. На самом деле, таким успехом на первых спектаклях я, в большей степени, была обязана своему состоянию, ведь я так боялась, помня о реакции зала на предыдущую постановку, что у меня самой случилась истерика, которую зрители приняли за талантливое исполнение роли. Представьте себе страхолюдину в ночной рубашке и в папильотках, спрятавшуюся от грозы под столом, время от времени появляющуюся из-под свисающей скатерти, чтобы выдать мужу очередное распоряжение с целью избежать попадания молнии в дом, и при ближайшем раскате грома тут же ныряющую обратно в свое убежище! Успех спектакля меня воодушевил, я перестала бояться, раскрепостилась и начала во всем следовать советам режиссера, то есть постигать азы театрального мастерства, тем более, что учиться у Валентины Михайловны было одно удовольствие
Следующей постановкой была балконная сцена свидания Ромео и Джульетты. И мне опять пришлось играть мужскую роль! Джульеттой была моя одноклассница: красавица-блондинка с длинными волнистыми волосами, очень милая и воспитанная девочка, с которой мы вскоре подружились и стали ходить в гости друг к другу, и мама ее оказалась такой же приветливой и доброжелательной, как и сама Оля. У них было временное жилье в огромной коммуналке, где жило еще не меньше двадцати семей военных — фактически это было общежитие, но, все равно, мне очень нравилось бывать у них, потому что в их доме царила такая теплая атмосфера любви, заботы, взаимопонимания — всего, что напрочь отсутствовало в нашей семье. К сожалению, Олиного отца скоро перевели в другой город, и нам пришлось расстаться. Так что осталась я без Джульеты, а новую почему-то заводить не стали.
Кстати, когда проходил городской смотр школьной самодеятельности, никто так и не понял, что роль Ромео исполняет девушка. Тем более все обалдели, когда узнали, что за полчаса до этого видели «артистку» в роли сумасшедшей американки. Что значит учиться у профессионала!
Работа над ролью Ромео принесла мне еще одно радостное открытие: я впервые прочитала шекспировский текст на английском и была покорена изящностью и благозвучием льющейся из уст моего героя речи, неожиданностью сравнений и глубиной чувств, описанных на моем любимом языке, с тех пор я хваталась за малейшую возможность найти новую для себя книгу стихов (а в те годы это было нелегко), переписать и выучить понравившееся. Зато в любой компании уже после окончания университета я могла произвести фурор, продекламировав пару стихотворений. Я сама переводила английскую поэзию, получая от этого огромное удовольствие, так что, если слушатели спрашивали, о чем там говорится, я читала свой стихотворный перевод, отчего мужчины просто теряли дар речи и смотрели на меня квадратными от удивления глазами, а женщины бросали испепеляющие взгляды и криво улыбались. Если бы не Джеймс и не знакомство с Валентиной Михайловной — ничего бы этого в моей взрослой жизни не случилось.
Но самой значимой для меня оказалась роль леди Тизл в пьесе Шеридана «Школа злословия». Она уже очень давно была экранизирована, с Михаилом Яншиным и Ольгой Андровской в главных ролях, но тогда мы еще не знали об этом фильме, поэтому эта постановка была авторским вариантом нашего бессменного режиссера. Сэра Питера Тизла играл мой одноклассник и постоянный партнер, очень интеллигентный, воспитанный и умный мальчик Андрей, которого я неоднократно видела в доме у Джеймса задолго до открытия нашей школы — он тоже ходил к ним заниматься английским языком частным образом. Правда, мы ни разу не разговаривали и познакомились лишь в шестом классе, когда стали учиться вместе. Он был молчаливым, очень сдержанным, жутко серьезным и даже немного странным — как говорят «не от мира сего», закончил школу с золотой медалью, затем технический вуз с красным дипломом, сейчас он кандидат (а может, уже и доктор) технических наук, заведует отделом в институте. А тогда он был милым рыжим конопатым подростком, немного неуклюжим и рассеянным, относящимся с большой ответственностью ко всему, за что он брался. Андрей идеально подходил для своей роли, искренне удивляясь расточительности и беспечности леди Тизл, и каждый раз попадая в расставленные для него сети. А вот мне роль не давалась, уж слишком я была другой: серьезной, задумчивой, молчаливой, витающей в своих мыслях и стихах.
Во мне не было ни тени кокетства, коварства, умения строить глазки и воспламенять мужские сердца. Всему этому меня научила Валентина Михайловна, как, впрочем, и многим другим женским секретам и штучкам, которые я лучше сохраню втайне, чтобы не забивать голову читателя всякой дамской чепухой. Но я никогда не забуду, кому обязана своими успехами на фронтах покорения мужчин — очаровательной, несмотря на годы, актрисе Валентине Михайловне. Если бы не она, может, и моя первая любовь не принесла бы мне столько радостных минут, а вполне могла бы закончиться трагически.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 20 comments