Жанна Тигрицкая (junetiger) wrote,
Жанна Тигрицкая
junetiger

Categories:

История моих ошибок. Продолжение

Предыдущая глава: https://junetiger.livejournal.com/748953.html#comments

2 Экскурс в далекое прошлое

Четыре года тому назад мужу поставили страшный диагноз: рак почки четвертой стадии с метастазами в печени, костях таза, надпочечниках и позвоночнике. Ему удалили левую почку с надпочечником и хирург дал нам очень благоприятный прогноз: сказал, что при правильной химиотерапии, выполнении всех назначений, хорошем уходе и правильном питании такой тип рака можно победить — шансы очень велики. И я ринулась спасать мужа. Сын отца никогда не жаловал: был обижен на равнодушие — как-то мне сказал задолго до болезни: «Раньше я ему был не нужен, а теперь он мне!» И я его прекрасно понимала и не осуждала. Тем более, что сын уже давно женился, появлялся в наших краях изредка, приезжая в гости к своим друзьям — зачастую забегал к нам на минутку или вообще не заходил. Хотя отношения и с ним, и с невесткой у нас были ровные и хорошие: я старалась их угостить вкусненьким и дать домашнюю выпечку и салаты с собой, чтобы им не тратить время и силы на готовку — да просто побаловать детей. Благодаря невестке сын начал ощущать себя мужчиной, главой семьи, стал ответственней относиться к работе и впервые задержался на одном месте на целых пять лет — жена явно благотворно на него влияла, за что я была ей безмерно благодарна, всегда и всем хвалила ее, просила сына помогать супруге, дарить цветы и подарки, не обделять ее вниманием, помогать ей и баловать ее.
Почему мне приходилось наставлять сына в этом плане? Да потому что у него перед глазами не было положительного примера поведения главы семьи: его отцу ни жена, ни дети никогда не были интересны — он жил с нами, как сосед: не вникая в наши проблемы, не любя и не уважая нас. Поначалу, после рождения детей, я как-то пыталась разбудить в нем нежные отцовские чувства, но потом поняла, что это бесполезно по двум причинам: во-первых, он вырос в семье, где папаша-солдафон строил жену и детей, как на плацу, и издевался над ними. А во-вторых, мой муж унаследовал характер своей матери — тупой деревенской бабы, у которой не хватило ума осилить таблицу умножения: она даже начальную школу не смогла окончить. Ее родители были зажиточными людьми, имели большое подворье с домашним скотом и птицей — тупой дочери было, чем заняться: для этого не нужно быть семи пядей во лбу. Отец и старшие братья работали на железной дороге, а женщины кроме хозяйства еще и продавали излишки продуктов на рынке: жили — не тужили!
И тут грянула война! Вся мужская половина семьи ушла на фронт, с которого вернулся только отец — но, по словам свекрови, они с матерью и в те страшные годы не бедствовали! Когда я ей рассказывала о том, как голодала в Ташкенте моя мать-студентка, по ночам работавшая на фабрике, свекровь мне не поверила и сказала, что никто с голоду во время войны не умирал — хлеба у всех было вдоволь, а в ее семье и масло сливочное домашнее всегда водилось. Вернувшийся с фронта отец снова стал работать на железной дороге, но здоровье его уже было подорвано — он болел и долго не протянул. А мать озаботилась поиском жениха для своей кровиночки: хотела сбыть ее с рук, пристроив за невзыскательного мужичка — и такой нашелся!
После окончания войны на Родину возвращались солдаты-победители: молодые бравые парни, уверенные в том, что они завоевали право на счастливую и веселую жизнь — инстинктивно нервная система требовала новых положительных впечатлений, чтобы заслонить в памяти ужасы войны - а какие самые яркие эмоции могли им в этом помочь? Конечно, любовные переживания и жажда познания радостей, которые дарило горячее и упругое женское тело! И перед молодыми героями открылось непаханное поле - миллионы женщин, истомившихся за долгие годы без мужской ласки: и вдовы, у которых перспективы создать новую семью были близки к нулю, и подросшие девицы, превратившиеся из девочек в задорных молодок, и уже начинавшие увядать девушки, так и не успевшие вкусить мужской ласки.
Из случайно подслушанных разговоров моей мамы с ее приятельницами, из того, что она сама мне рассказывала, из похвальбы свекрови и из признаний других ровесников моих родителей, можно было представить себе эту картину всеобщего ликования и раскрепощенности, вызванных эйфорией Победы и удачи: остались в живых! Мужчины были нарасхват — даже искалеченные на фронте, но способные на интимные отношения, а конкуренция среди жаждущих заполучить приз в виде мужа плодила множество доступных женщин. Я лично знаю три семьи, образовавшиеся после удачной расстановки сетей на незадачливых молодых петушков и даже вполне опытных кочетов с потрепанным хвостовым оперением, угодивших в силки неожиданной беременности партнерши по постельным утехам: и неопытный свекор, и мой ушлый и глубоко женатый отец — оба угодили в эту ловушку! В те годы вылететь из партии за аморалку было страшнее смерти — вот и приходилось жениться, поскольку аборты были запрещены и карались тюремным заключением. Именно так наши мамы устроили свою семейную жизнь. Наивно было бы предположить, что она будет счастливой.
Получив статус замужней женщины, моя мама с высшим техническим образованием ринулась строить коммунизм, а заодно и собственную карьеру на преподавательской ниве — и преуспела в этом. Отец в неудачном браке не запил, а стал мстить за разбитую жизнь: гулял направо и налево, не таясь — а ведь он работал в настоящем цветнике: коллектив его школы состоял на 90% из одиноких женщин — а сколько еще мамаш было у его учеников! Моя мама бесилась, ежедневно устраивала скандалы и срывала зло на нас с младшей сестрой, которую она безуспешно пыталась вытравить из чрева какими-то народными зельями и ядами, отчего малышка родилась раньше срока и потом всю жизнь болела. Драк у нас дома не случалось — отец, будучи парторгом школы, соблюдал осторожность, но ор с утра до ночи не смолкал. Я в детстве поклялась себе, что не допущу скандалов в своем доме, и что дети вырастут в атмосфере моей любви, нежности и заботы - для этого мне и напрягаться не пришлось бы: я по характеру ласковая и жалостливая, хотя, если доведут — могу дать отпор.
Так построила нашу семью моя мать — в соответствии с особенностями своего активного и целеустремленного характера. Совсем по-другому выглядела семья отца моих детей. Тупая и эмоционально глухая деревенская девка, блёклая, как моль, невзрачная и довольно уродливая внешне, наконец-то получила возможность (как ей казалось) стать барыней: муж выбрал военную карьеру из-за отсутствия образования и семейного гнезда: его родители развелись еще до войны и у каждого имелась новая семья, в которой место для сына не нашлось. Служба в армии давала ему и гарантированный кусок хлеба, и крышу над головой, и обмундирование, и бесплатный проезд на курорт всем членам семьи, и льготные путевки — чем не жизнь в шоколаде в мирное-то время? Свекровь наконец-то избавилась от подойника, забыла про вилы и сменила ватник на драповое пальто — стала похоже на других обитательниц военных городков. Я даже видела ее фото в шляпе — она выглядела в ней нелепо и смешно: застывшая физиономия без единой мысли в глазах, увенчанная небольшой фетровой нашлепкой с торчащими в разные стороны то ли концами плоского банта, то ли перьями.
Однако ее колхозный вид не мешал ей наслаждаться жизнью: муж питался в офицерской столовой, сын с утра до ночи носился с соседскими ребятами по лесу, окружавшему гарнизон, пока глава семейства неусыпно нес свою службу: то на плацу, то в казарме, то на стрельбище, то в постелях чужих жен. Не готовила она — по ее словам, потому что продуктов в их городках или не было, или они уходили из-под полы женам начальства, а в столицу отовариваться ей не хотелось ехать, хотя, муж служил в ближнем Подмосковье: Звенигород, Кубинка, Вороново — самым дальним оказался Чехов. Она была бесконечно ленивым и глупым существом, проводившим целые дни за лузганьем семечек и обсуждением сплетен с таким же пустоголовыми товарками. В те годы и жены партийной элиты выглядели какими-то недоразвитыми существами с отталкивающей внешностью (вспомните Нину Хрущеву или Викторию Брежневу) — чего же было ожидать от гарнизонных клуш, выросших на деревенской завалинке! Правда, были и другие офицерские жены: они вышивали, вязали, переделывали свои старые вещи, чтобы порадовать обновой детей, осваивали замысловатые рецепты из самых простых и недорогих продуктов, делали с детишками уроки, учили их музыке и прочим видам творчества, следили за собой и модой. Но моей свекрови это было не по силам, не по желанию и не по вкусу, поэтому муж мой в детстве рос подзаборным лопухом, превратившимся к тридцати годам в цепкий репей — на мою беду.
То ли из-за склочного характера моего свекра, удивительным образом умевшего испортить отношения со всеми, с кем ему приходилось общаться, то ли из-за длинного и поганого языка его недалекой сплетницы-жены, но подолгу на одном месте они не задерживались — исколесили все Подмосковье. По признанию свекрови, в семье тоже не все было гладко: хотя она всю жизнь простояла перед мужем на задних лапках и беспрекословно ему подчинялась, он постоянно на нее орал, поднимал на них с сыном руку и игнорировал ее в постели — ДЕСЯТЬ ЛЕТ! Сын пошел тупостью в мать: учился в школе плохо, но в гарнизонах своих детей педагоги не топили- ставили «тройки» - проблемы начались, когда подросших офицерских детей стали возить в поселковые школы: тамошние учителя постоянно жаловались, что ребенок ленив, обделен умом, рассеян и неопрятен. Впрочем, тогда у его матери появилось вполне разумное оправдание: у нее родилась дочь. Уж не знаю, как ей удалось затащить на себя мужа — видимо, был сильно пьян, но она ухитрилась упрочить свое положение офицерской жены. И вот здесь начинается еще одна пикантная история, о которой я не могла рассказать в первых книгах романа «История моих ошибок».

Продолжение следует - https://junetiger.livejournal.com/756542.html#comments
Tags: История моих ошибок роман, жизнь, неблагодарность, семья, судьба
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 11 comments