Жанна Тигрицкая (junetiger) wrote,
Жанна Тигрицкая
junetiger

Турлагерь. Сударыня-речка. Часть 1

речка кувшинки

речка островок2

В пятнадцати минутах ходьбы от опушки леса, а стало быть, и от нашего лагеря, протекала небольшая речка, превращавшая наш отдых в приятное развлечение: каждый вечер мы всей гурьбой, за исключением дежурных, отправлялись купаться в прогревшейся на солнце за долгий июньский день воде и поваляться на небольшом песчаном пляже. Тропинка шла по краю пологой балки, постепенно превращавшейся в глубокий овраг. Весной по его дну неслись потоки талой воды, а летом дождевые ручьи, которые постепенно подтачивали и так уже нависавшие склоны.

Со стороны лагеря берег казался довольно крутым, но глубина реки была небольшой - взрослым по пояс, а мне — по шею. Под водой синяя глинистая почва была изрыта множеством ходов и нор, в которых обитали серо-зеленые раки. Отец научил ребят правильно извлекать их оттуда. Поначалу и девочки возжелали приобщиться к промыслу, но после того, как пару раз небольшие, но мощные клешни довольно болезненно цапнули их за пальцы, они отказались от этой далеко не безопасной затеи. А ребята очень быстро приноровились засовывать руку в глубину норки и хватать рака двумя пальцами за шею — так чтобы он никоим образом не мог ущипнуть ловца своими хитиновыми пассатижами за беззащитное тело.

Пойманных раков складывали в ведро, и мне нравилось рассматривать копошившихся в замкнутом пространстве обитателей водного мира, угрожающе шевелящих растопыренными усами и перебирающих клешнями в тщетных попытках обрести свободу. Они напоминали мне закованных в латы рыцарей, особенно их пластинчатые хвосты. Только им уже не суждено было сражаться на турнирах и, одержав победу, получить право на жизнь — судьба предназначила им совсем другую роль: порадовать неизбалованные деликатесами желудки ребят, родившихся в трагические военные годы.

Пока мальчики охотились на раков, девочки мыли посуду после ужина: большие котлы, в которых готовилась еда на целую сотню человек, а также алюминиевые миски и ложки. Для этого мы переходили речку вброд и раскладывали кухонный инвентарь на песчаном островке, разделенном небольшой водной протокой поперек течения. Там глубина не превышала и полуметра, поэтому прекрасно была видна рыбная мелюзга, повадившаяся угощаться остатками с нашего отнюдь не барского стола. Нахальные красноперки и окуньки, колючие ерши и серебристые карасики совершенно не боялись нас и порой тыкались носами прямо в руки, видимо, привлеченные запахами пищи. Мы не пользовались никакими моющими средствами, кроме золы и песка, но при этом посуда отмывалась просто идеально — до блеска. Рыба до такой степени привыкла к нам, что, когда повариха вознамеривалась побаловать лагерь ушицей — мы без всяких усилий приносили целое ведро улова, потратив на выгребание рыбешек из реки обычным куском марли не более пяти-десяти минут. И рыбы не становилось меньше!

Дно речки было песчаным, лишь в некоторых местах — там, где из воды поднимались длинные и сочные побеги речной растительности: камыша, осоки и другой травы — ноги тонули в иле, и было довольно скользко. Приходилось проявлять осторожность, чтобы удержать равновесие и случайно не напороться на притаившуюся в тине створку ракушки, острую, как бритва. Моллюсков на дне реки было немерено. Внешне они напоминали плоские голыши темно-зеленого цвета — совершенно неприметные, но когда нам удавалось открыть их плотно сомкнутые створки, глазам представала переливающаяся всеми цветами радуги перламутровая красота. Не знаю, почему мы не ели желеобразную сердцевину — наверняка, речные моллюски по вкусу ничуть не хуже морских мидий, да и готовить их довольно легко, но факт остается фактом: мы ловили раков и рыбу, а то, что само просилось в руки — не брали.

На этом же песчаном островке мы и загорали. Противоположный берег находился чуть-чуть дальше, и глубина там была приличная — не менее двух метров, поэтому плавать в ту сторону категорически запрещалось, но парни, все равно, пробирались туда, чтобы нарвать букет бело-розовых кувшинок, которые мы почему-то называли лилиями. Цветы были неописуемой красоты: идеально правильной формы, с несколькими рядами холодных плотных лепестков и довольно широкой серединкой, усеянной тычинками - похожей на подушечку швеи, утыканную желтоголовыми булавками. Их стебли были длинными и прочными, как веревки. Мы тогда не понимали, насколько опасно плавать среди таких растений: через десять лет один из наших ребят, давно окончивший школу и даже институт, нелепо и трагически погибнет, захотев порадовать букетом жену, подарившую ему долгожданного сына, запутается в стеблях и не сможет выплыть.

На речку мы всегда ходили со школьным физруком — молодым и крепким мужчиной, спортсменом-разрядником, отдававшим распоряжения хорошо поставленным командирским голосом, а иногда прибегавшим к помощи висевшего у него на груди свистка. Ребята и девчонки исподтишка посмеивались над ним — до тех пор, пока мы ни попали в настоящую переделку на этой вполне безобидной речке.

Продолжение следует.

речка раки2

речка рыба
Tags: дети, жизнь в СССР, каникулы, лето, природа, турлагерь
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 16 comments