March 10th, 2011

Турлагерь. Прощание. (Эпизоды, не вошедшие в роман "История моих ошибок").

Турлагерь. Прощание.

Дружно мы жили в нашем уютном лагере: работали добросовестно, с энтузиазмом, и отдыхали от души. В то время вообще было не принято валять дурака, людей уважали не за высокопоставленных родственников и не за большие деньги, а за отношение к труду и ту пользу, которую они приносили обществу. И нам хотелось показать деревенским, что мы, хоть и живем в городе, но никакие не белоручки, а активные члены общества. Пропалывали сорняки мы тщательно — нареканий никогда не получали, установленную норму выполняли и даже ухитрялись иногда превышать ее. Думаю, что отчасти это было вызвано не только молодецкой удалью, но и желанием побольше заработать, ведь расценки в колхозе были очень низкими - впрочем, не только для нас.
Совсем скоро деревенские ребята зауважали городской десант, они с удовольствием заглядывали к нам в лагерь по пути в ночное, да и просто приходили в гости. В селе молодежи было негусто, город находился далеко — а тут вдруг такое событие: приехала целая сотня парней и девушек! Конечно, все моментально перезнакомились: для этого специально было организован вечер у костра, куда были приглашены все желающие. Ребята пели песни и читали стихи — особого веселья и шуток-прибауток я не заметила, но, возможно, просто была мала. Постепенно робость и стеснительность отступили - теперь уже ежедневно после работы деревенские приходили в лагерь поиграть в волейбол или присоединялись к нашим развлечениям на речке. Это они показали нам, где находятся рачьи норы, научили ловить рыбу куском марли, плавали в запретную для нас часть реки, чтобы нарвать для юных горожанок букеты красавиц-кувшинок.
Конечно, наш приезд внес некоторое разнообразие в жизнь местной молодежи. В выходные в сельском клубе, больше похожем на утепленный деревянный сарай, показывали кино и устраивали танцы. Деревенские гостеприимно приглашали наших ребят на эти мероприятия, и они с удовольствием принимали участие в простых и милых развлечениях. Меня взяли с собой только раз, но я помню два момента: один радостный, а другой — неприятный. Удовольствие заключалось в покупке фруктового чая, которым торговал местный магазин. Заварки в нем не было вовсе, он состоял из спрессованных, мелко нарезанных сухофруктов — плоский брикетик можно было долго мусолить, отгрызая от него малюсенькие кусочки и наслаждаясь кисло-сладким вкусом деревенского деликатеса. Какой фильм шел — уже не помню, на танцах я уснула, меня разбудили, когда пора было возвращаться в лагерь. Я ныла и жаловалась, что у меня колет в боку, потому что мы идем слишком быстро — видимо, ребятам это надоело, меня посадили на закорки и почти всю дорогу несли, передавая с рук на руки, как эстафетную палочку.
И вот наступил прощальный вечер — вернее, ночь, потому что никто не спал до утра. Приглашено было все село, поэтому народа собралось много - даже маленьких детей взяли с собой на праздник. Дежурные приготовили угощение: чай с вафлями, печеньем и конфетами. На официальной части председатель колхоза вручил школе почетную грамоту и каждому школьнику заработанную им сумму. Помню, что я получила три рубля и еще отец добавил коробочку с разноцветными драже — моим любимым лакомством. После торжественного начала состоялся концерт художественной самодеятельности: ребята пели, плясали от души, читали стихи, а еще мы показали кукольный спектакль, поставленный по русской народной сказке «Репка», персонажи которой мы сделали собственными руками. Каждый номер заканчивался бурей аплодисментов — так радостно и искренне благодарили артистов довольные зрители. После концерта и чаепития взрослые сельчане отправились по домам, а молодежь еще долго сидела у костра, согревавшего не только тела, но и души.
Наступило утро. В последний раз мы позавтракали, свернули палатки, погрузили вещи в приехавший за нами грузовик, убрали территорию и сожгли мусор. Грустно было смотреть на вытоптанные проплешины, оставленные палатками на зеленом ковре травы, но мы знали, что они скоро зарастут, также как и кострище, и ничто не будет напоминать о веселом и дружном теремке. А вот в наших душах он останется навсегда.